Алексей Кицын: «Болею за красивый хоккей»

 

С Алексеем Ивановичем Кицыным мы встретились сразу же после его посещения драматического театра, где был выставлен Кубок победителей чемпионата мира по хоккею, который в родной город привёз его воспитанник, а ныне вратарь с мировым именем – Сергей Бобровский.

Алексей Иванович, ставший для этого талантливого хоккеиста первым наставником, и сегодня продолжает работу с мальчишками. Он тренер-преподаватель детской юношеской спортивной школы хоккея (СДЮСШОР) «Металлург».

– Алексей Иванович, что чувствовали, рассматривая Кубок чемпионов?

– Огромную радость за Сергея, что он смог добиться такого большого успеха, серьёзного результата. Чемпионат мира после Олимпиады для любого спортсмена – самое крупное достижение. Радость за то, что он внёс непосредственный вклад в победу нашей команды.

– Почему, на ваш взгляд, у нашей сборной не получилось удачного выступления на Олимпиаде? А через достаточно короткий промежуток, на чемпионате мира, – такой блистательный результат. Может быть, дело в смене тренера?

– Причин для поражения или победы всегда несколько. Не зная ситуации, которая была в команде во время проведения Олимпиады, сложно о чём-либо говорить с полной уверенностью. Возможно, «встрепенула» игру и смена тренера. Сам будучи наставником, считаю, что личность тренера очень сильно может повлиять на игру команды. Но, с другой стороны, если сравнивать Олега Знарка и Зинатулу Билялетдинова, то судить, кто из них лучше, я бы не взялся. Они оба выходцы из динамовской школы, воспитаны на одних и тех же спортивных ценностях. У них не такая уж большая разница в возрасте. Эти спортсмены – специалисты высокого класса. Но так случилось, что у Билялетдинова что-то не срослось, а под руководством Знарка команда заиграла. Не надо забывать и о той ответственности, которая лежала на плечах наших ребят на Олимпиаде. Психологическая нагрузка была величайшая. Возможно, не смогли с ней справиться. Вот за Сергея могу сказать точно: любой свой выход на ледовую площадку во время Олимпиады он отработал на все сто процентов. Ну а на чемпионате мира – это был просто Бобровский, вратарь с очень высоким уровнем игры, которого мы знаем и любим. Бобровский – теперь это уже бренд.

– Как-то выделяли Сергея, когда он тренировался у вас?

– Наверное, я не сразу увидел в нём потенциал, потому что только сам закончил играть и был начинающим тренером. Сергей из моего первого, как говорят, звёздного набора. Со временем я распознал, что это лидер по его трудоспособности, по его отношению к своим партнёрам по команде. Но изначально я интуитивно доверил этому мальчишке защиту ворот. У меня особое отношение к вратарям. Сам играл левым защитником. И чётко пониманию: если нападающий ошибся, то пока ничего страшного, есть защитник, за которым ещё один уровень обороны, – вратарь. А вот если и он ошибся, то команду уже никто не спасёт. Значит, в воротах должен быть лучший игрок. Вот я и поставил Бобровского. Если бы Сергей играл в защите, то стал бы классным защитником, если в нападении, то и здесь был бы успешен. От природы он очень одарён. И, конечно же, желания стать профессиональным хоккеистом у него было не отнять. Он настойчиво и целенаправленно шёл к этому.

А сами как пришли в хоккей?

– В моём детстве мы всё свободное время проводили в подвижных играх. Занимались всем, где можно было проявить свою ловкость, доказать, что лучше остальных. Принесёшься из школы, портфель ещё летит, а ты уже бежишь зимой кататься на лыжах, коньках, летом в футбол играть, на речку купаться, в лес грибы собирать. А лет в одиннадцать Анатолий Михайлович Окишев, к сожалению сейчас уже покойный, пригласил меня в один из специализированных классов вшколе № 52 попробовать свои силы в хоккее. Это было лето 1976 года. Впоследствии команда дважды завоевала «бронзу» в первенстве СССР среди юношей. Потом меня пригласили в юношескую сборную СССР. В 1982 году я окончил школу и поехал поступать в Высшее военно-политическое училище им. Климента Ворошилова. Учиться, правда, не стал, все мысли были только о хоккее. Призвали в армию, служил с клюшкой в руках в «Динамо», стал чемпионом Европы среди юниоров. В 1983 году вместе с Сергеем Трофиловым в составе молодёжной команды «Динамо» стали чемпионами СССР. Попасть в основной состав в те годы было непросто. Он был очень мощным. Там были такие звезды, как Владимир Мышкин, Зинатула Билялетдинов, Валерий Васильев, Василий Первухин, братья Голиковы, Александр Мальцев и молодые перспективные Сергей Яшин, Сергей Светлов, Владимир  Шашов, Михаил Татаринов, Николай Борщевский, Андрей Вахрушев... Отслужив, вернулся в Новокузнецк, где 10 сезонов играл за команду «Металлург», хотя были и другие предложения.

– Алексей Иванович, вы ушли на тренерскую работу в 30 лет, по хоккейным меркам достаточно рано. Почему так случилось?

– Случилась смена поколений. Тренировать команду начал Николай Иванович Мышагин. Он привёз плеяду молодых перспективных ребят из Усть-Каменогорской школы хоккея, которых сам воспитал, и хотел, чтобы они заиграли. Они были почти на десять лет моложе нас… Я перешёл на тренерскую работу, совсем не подозревая, насколько она тяжела. Вот уже два десятилетия тренирую ребят с шести–семи лет до 16–17. Потом они переходят в ЮХЛ, далее в МХЛ, в команду мастеров, если у них всё нормально получается. Сергей Бобровский как-то сказал: «Алексей Иванович начинал со мной, он меня воспитал, много дал, всему остальному я научился сам». Считаю, что очень важно изначально сформировать правильные навыки, заложить хорошие умения. Нельзя форсировать события, надо работать на перспективу. И уметь выбирать, что важнее: мгновенный результат или будущее развитие для ребёнка. А у нас, к сожалению, часто звучит возмущённое: как это, съездили на турнир и не выиграли?

– На чемпионате мира по хоккею за нашу сборную играл ещё один воспитанник новокузнецкого хоккея – Дмитрий Орлов. Он, к сожалению, получил травму. Скажите, травма в хоккее – это результат чего?

– Травма в хоккее – то же самое, что ранение на войне. По-другому не скажешь. Если ты участвуешь в сражении, надо ходить в атаку, сидеть в окопе, гранаты кидать. Как правило, травмы получают лучшие. Зачем жестко играть против соперника, который большую опасность для наших ворот не представляет? Иногда говорю нападающим, когда продули игру: «Сходите в душ, посмотрите на руки. Если нет синяков, значит вам ни разу по рукам не дали!» Защитники на «пустышку» на поле внимание не будут обращать. Травма случается и тогда, когда человек подустал либо заболевает. Сосредоточен, бьёшь сам – травму никогда не получишь. А когда засомневался, то часто подстерегает неудача. Дима очень хорошо отыграл начало чемпионата, показывая достаточно высокий уровень современного хоккея.

– Почему не у всех талантливых хоккеистов, показывающих достойный уровень игры в молодёжной сборной, при переходе во взрослую команду складывается успешная карьера?

– Что у нас получается с молодыми игроками, которые попадают в команду мастеров? На определенном уровне спортсмен играет лучше всех. Он это осознает, воодушевлён и, получая львиную долю игрового времени, даёт результат. Его заметили, забрали в команду профессионалов, где он, во-первых, сталкивается в игре с совершенно другим противником,более опытным, более мастеровитым, финансово замотивированным, нацеленным на результат. Во-вторых, в своей команде тоже есть конкуренция. Чаще всего тебе будут помогать расти профессионально, пока в тебе не видят конкурента. Не каждый станет помогать, если в итогеему самому просто-напросто придётся искать себе работу в случае более успешной игры своего коллеги. Кроме того, молодой игрок получает минимум игрового времени, а от него ждут, чтобы он в этот отрезок проявил свои таланты, реализовал потенциал. А когда начинается предсезонка, хоккеист основного состава спокойно готовится к турниру, а «новобранец» жилы рвёт, стараясь попасть в основу. То есть в тот момент, когда надо базу физическую и психологическую закладывать, он себя сжигает. И на чемпионате выступает уже уставший, измотанный. Переход от детско-юношеского хоккея к взрослому не всем удаётся. Когда я учился в высшей школе тренеров, дипломную работу защищал именно по этой теме. Нужны специалисты, помогающие вводить молодых ребят в профессиональный спорт. Важна не только физическая подготовка, но и психологический настрой.

– В одном из интервью вы сказали, что на несколько вещей в жизни можно смотреть бесконечно, среди них – как плачут канадцы. На финнов это распространяется?

Это было сказано (улыбается), когда наши мальчишки выиграли у канадцев на их поле. Нам с женой Аллой посчастливилось быть на этом матче, где играл и наш сын. И когда, после счёта 3:0 в пользу противника, наши мальчишки всё-таки выиграли, на восемнадцатитысячном стадионе, сплошь заполненном бело-красными цветами формы канадских болельщиков, стояла гробовая тишина. За две минуты до окончания последнего периода они, расстроенные, начали покидать трибуны, некоторые буквально плакали… Конечно, Канада и Финляндия – две хоккейные страны, но к канадцам у нас особое отношение…

– А вы за какую команду болеете, когда не играет сборная России?

– У меня профессиональный подход: болею за красивый хоккей. Мастерство нужно оценивать по достоинству, даже если это противник.

Алёна Незванова

Седьмой день